От последствий Сovid-19 в Пакистане умер ядерный физик Абдул Кадир Хан — человек, которого считали отцом пакистанской ядерной программы. Сотрудники западных спецслужб называли его одним из самых опасных людей в мире, поскольку он передавал технологии по созданию атомной бомбы Северной Корее, Ирану и Ливии.
Премьер-министр Пакистана Имран Хан заявил, что страна потеряла «национального героя». «Наш народ любил его, потому что во многом благодаря ему мы получили ядерное оружие», — написал глава пакистанского правительства в «Твиттере».
85-летний Абдул Кадир Хан ранее был госпитализирован в связи с коронавирусом.
Бывший директор ЦРУ Джордж Тенет называл Хана «по меньшей мере настолько же опасным», как Усама бин Ладен — организатор нападений на США 11 сентября 2001 года и лидер террористической организации «Аль-Каида», запрещенной в России и других странах мира.
В 2004 году он был арестован за нелегальное предоставление ядерных технологий Ирану, Ливии и Северной Корее. В телевизионном обращении Хан тогда заявил, что «глубоко раскаивается и приносит безусловные извинения». Тогдашний президент Пакистана Первез Мушарраф помиловал его, но до 2009 года физик находился под домашним арестом.
На Западе многие были недовольны чрезмерно мягким обращением с Ханом, а на родине он оставался символом национальной гордости. «Он помог нам получить ядерные средства сдерживания, которые спасли нашу страну. Благодарный народ никогда не забудет его заслуг», — заявил президент Пакистана Ариф Алви.
Как Пакистан получил ядерную бомбу
Как сообщает корреспондент Би-би-си по вопросам безопасности Гордон Корера, который написал о Хане книгу, в 1970-х годах физик работал в Нидерландах, в европейской компании, принимавшей участие в строительстве центрифуг для обогащения урана. Именно тогда Пакистан начал разработку ядерного оружия, поскольку в 1971 году потерпел военное поражение от Индии и опасался, что противник получит атомную бомбу первым.
По словам Кореры, Хан «сумел попросту скопировать самые современные чертежи устройства центрифуг и вернуться домой». После этого он создал тайную сеть в основном из европейских бизнесменов, которые предоставляли необходимые компоненты для создания центрифуг. Обогащенный уран можно использовать для работы атомных электростанций, либо для создания атомного оружия — в случае, если уровень обогащения будет достаточно высоким.
К 1998 году, вскоре после того, как это сделала Индия, Пакистан провел свои первые испытания ядерного оружия.
Хана описывали как «отца» пакистанской атомной бомбы, но в реальности он был только одной из ключевых фигур ядерной программы страны. Однако физик сумел создать публичное представление о себе как о ее ключевой фигуре, благодаря чему стал национальным героем. Именно его считали человеком, который помог Пакистану ответить на ядерную угрозу со стороны Индии.
Ядерные инструкции для стран-изгоев
По словам Гордона Кореры, еще более важной для мира фигурой Хана сделали его последующие действия. Он переориентировал свою тайную сеть с экспорта на импорт, начал активно путешествовать по всему миру и стал заключать сделки с государствами, которые на Западе считают изгоями.
Иранские урановые центрифуги на объекте в Натанзе во многом были построены именно благодаря чертежам и материалам, которые предоставил Абдул Кадир Хан. Во время одной из встреч представители пакистанского физика фактически показали иранцам прайс-лист с различными ядерными компонентами, которые мог заказать Тегеран.
Хан также несколько раз ездил в Северную Корею. Предполагается, что там он принимал участие в обмене ядерных технологий на рекомендации по созданию ракет.
Одна из самых больших загадок всех этих сделок — действовал ли Хан в одиночку, или же выполнял приказы своего правительства. Например, в случае переговоров с Северной Кореей есть все признаки того, что лидеры Пакистана не просто знали о происходящем, но принимали непосредственное участие.
Некоторые говорят, что Хана интересовали только деньги. Но на самом деле все не так просто. Он не только тесно сотрудничал с пакистанскими властями, но и выступал за разрушение монополии стран Запада на ядерное оружие. Он говорил о лицемерии Запада и задавался вопросом, почему некоторым странам дозволено иметь средства для обеспечения безопасности, а другие такого права не имеют. «Я не какой-то там сумасшедший, — сказал он однажды. — Они меня не любят и обвиняют меня во всех смертных грехах, занимаются безосновательными измышлениями на мой счет, потому что я помешал всем их стратегическим планам».
Впрочем, как пишет Гордон Корера, некоторые люди, с которыми наш корреспондент встречался во время написания книги, считали, что главным для Хана все же было материальное вознаграждение. Физик немало получил в результате сделки с Ливией, заключенной в 1990-е годы, но этот же контракт стал для него роковым.
За деятельностью Хана стали тщательно наблюдать сотрудники британской МИ-6 и американской ЦРУ. Западные спецслужбы отслеживали его поездки, подслушивали его телефонные переговоры и всячески пытались проникнуть в его ближний круг. Его сотрудникам предлагали огромные деньги за предоставление информации — в некоторых случаях около миллиона долларов.
«Наши люди были в его доме, на его объектах, в офисах, где он находился», — говорил один из чиновников ЦРУ.
Последний контракт
После нападений на США 11 сентября 2001 года западные страны стали еще сильнее опасаться, что террористы могут заполучить ядерное оружие. Поэтому они с новой силой стали убеждать Пакистан что-то предпринять против Хана.
В 2003 году США и Великобритания начали вторжение в Ирак под предлогом присутствия в этой стране оружия массового поражения, которого на самом деле там не было.
В этот момент тогдашний ливийский лидер Муаммар Каддафи решил отказаться от своей ядерной программы. В начале в Ливию тайно прибыли сотрудники МИ-6 и ЦРУ, затем о решении Триполи было объявлено официально. Именно это позволило Вашингтону оказать на Пакистан окончательное давление с целью решить проблему Хана.
Физика поместили под домашний арест и даже заставили принести публичные извинения по телевидению. Остаток своих дней он провел в некоем странном мире — не будучи по-настоящему свободным, но и не в заключении. Пакистанцы считали его национальным героем, поскольку он помог им получить атомную бомбу, но при этом ему было запрещено покидать территорию страны и как-либо контактировать с внешним миром.
Поэтому полная картина того, что именно он делал — и по каким причинам, — может так и остаться неизвестной.