Среди освобожденных и депортированных 11 сентября оказался председатель ликвидированной властями Беларуси партии «Зеленые» Дмитрий Кучук. В эфире «Белсата» он рассказал об издевательствах над ним в колонии.
В эфир Кучук попал с цветком в руках — сказал, что это подарок «Зеленых». В тюрьме он цветов не видел. Теперь круг замкнулся: посадили его как раз за цветы.
16 февраля 2024 года Дмитрий Кучук шел к посольству России, чтобы возложить цветы и таким образом почтить память российского оппозиционного лидера Алексея Навального. Его задержали и в итоге осудили за организацию действий, грубо нарушающих общественный порядок, и призывы к санкциям на шесть лет колонии общего режима. К нему, вероятно, были претензии и из-за выборов: в 2023 году он собирался идти кандидатом на выборы в Палату представителей, но ему отказали из-за «опечатки в документах».
Сейчас Кучук собирается вернуться к партийной деятельности, хотя за решеткой было очень тяжело, рассказал он.
«Четыре голодовки, в „одиночке“ буквально семь месяцев, мне там какой-то „низкий статус“ дали — сказали, что я якобы возглавлял в Беларуси ЛГБТ-сообщество. Были такие пытки, что просто…» — Кучук замялся, не зная, что сказать дальше.
«Низкий статус» — один из способов давления в колониях. Заключенные с низким статусом держатся отдельно, другим запрещено у них что-то брать или общаться. Статус предполагает выполнение ряда унизительных обязанностей.
То, что лидера «Зеленых» записали в «лидеры ЛГБТ», неудивительно: государственная пропаганда смешивает в одно ЛГБТ, смену пола, отказ от заведения детей и педофилию.
«Там так прессовали, что просто невыносимо, — говорит Кучук. — Это поддерживала и администрация, и сами заключенные».
О дружбе за решеткой речи не было: его постоянно оскорбляли, «не давали прохода» в жилой зоне колонии. Поддерживали его лишь те, кто оказался за решеткой по «экстремистским» статьям, кто попадал в тюрьму повторно или по 411-й статье (Неповиновение администрации колонии), а также «простые мужики с головой» и некоторые младшие сотрудники.
Кучука должны были судить по 411-й статье в следующий понедельник, так как он порвал протокол допроса, которого «не было»: по его словам, разговор длился всего 7 минут, адвоката не пустили.
Он добавил, что за решеткой ему придавала силы поддержка семьи, но и с этим было непросто. Письма приходили только от самых близких людей.