Потеряв доступ к внешним займам, правительство Беларуси переключило внимание на внутренний рынок, то есть стало активнее искать средства внутри страны. Как и в каких объемах власти наращивают внутренний долг, рассказали эксперты «Кошт урада». Приводим их анализ.
Одно из крупнейших международных рейтинговых агентств Moody’s заявило о дефолте Беларуси. Чуть раньше о возможности дефолта предупреждало агентство Fitch. Произошло это после того, как наша страна начала расплачиваться по внешним обязательствам белорусскими рублями (требовалось выплатить 22,9 млн долларов по десятилетним еврооблигациям Belarus-27).
Технически кажется, что рядовым белорусам от этого ни холодно ни жарко. Но правительству новый статус, очевидно, не нравится, хотя и не доставляет больших неудобств — факт дефолта влияет на кредитный рейтинг страны, а он уже и так ниже плинтуса, поэтому прямо сейчас мало что поменялось.
Но деньги государству где-то брать надо. Дыры в казне продолжают расти, экономика падает, долговая нагрузка остается высокой. Конечно, есть Россия, ради плотной интеграции с которой наше правительство поссорилось со всеми остальными. Но «стратегический партнер» выдает кредиты прагматично, дозированно, лишь для того, чтобы пульс белорусской экономики оставался нитевидным и окончательно не утих.
Поэтому правительство продолжает активный поиск денег, обратив пристальное внимание внутрь страны (других вариантов, собственно, уже нет). Кто хочет в Беларуси одолжить деньги государству под скромный процент? Конечно, никто. А если правильно попросить?
Белорусские власти уже давно научились заставлять банки покупать государственные облигации. И эта практика, похоже, продолжается.
Начиная с апреля этого года, Минфин выпустил ряд новых облигаций. Два выпуска уже реализованы через биржу. Так, например, в апреле были размещены облигации на 1,4 млрд рублей под 5% годовых на 3652 дня. При нынешней инфляции в 17,6% годовых это предложение выглядит, мягко говоря, безумным, но «покупатели» таки нашлись. Обычно такую роль приходится выполнять белорусским банкам.
Еще один выпуск облигаций на 700 млн рублей (тоже под 5% на 3583 дня) был размещен 6 июня. «Покупателей» ценного актива нашли и здесь.
Другим каналом поступлений средств для латания дыр, помимо облигаций Минфина, стал «Банк развития». На 2022 год ему увеличили лимит выпуска облигаций до 2,6 млрд рублей.
Судя по всему, под новые облигации банки попросили раскошелиться в добровольно-принудительном порядке. Кто-то скажет: невелика проблема — у буржуев отобрали деньги на нужды простого народа. Но здесь важно помнить, что банки — это неотъемлемая и одна из самых важных частей современной экономики, без которой рынок превращается в план и разнарядки. Насколько это «эффективно», показали полупустые полки магазинов в конце восьмидесятых.
Принуждение к покупке заведомо невыгодных облигаций значительно снижает эффективность использования ресурсов экономики. В конечном итоге средства от их реализации пойдут на продление «жизни» предприятий-зомби, которые уже многие годы высасывают ресурсы из экономики. То есть, вместо того, чтобы помогать эффективным предприятиям, имеющим перспективы, деньги идут на поддержку госпредприятий, которые при нормальных условиях давно должны были обанкротиться. Их существование по большому счету сводится к функции поддержания всеобщей занятости, а рабочие становятся заложниками неэффективного госсектора.
Наращивая через облигации внутренний госдолг, правительство старается компенсировать недостаток зарубежных кредитов и поддержать становящийся все более дефицитным бюджет. Но это лишь попытка справиться с текущими проблемами вместо решения их причин. В результате экономика рукотворно поддерживается в состоянии неэффективности. Решение реальных проблем откладывается, их объем продолжает копиться. Сейчас бы ночь продержаться да день простоять. А о проблемах, как Скарлетт О’Хара, они подумают завтра.
